Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
00:44 

Сегодня провожала Кори. На вокзал. Кори едет к Роуг. Ну, то есть, на море с биологической семьей, но вообще - к Роуг, конечно.
А я тут затем, чтобы это не комментировать.
- А это Ле-е-екси, - представил меня Кори своей семье, - ну, Лекси, у которой я все время ночую.
Мне высокомерно кивнули. Я изобразила максимально дружелюбную улыбку. В присутствии родителей надо называть Кори паспортным именем, нельзя шутить шутейки и, наверное, лапать его за задницу тоже нежелательно.
Кори, впрочем, на эти ограничения пофиг. Пользуясь тем, что мои волосы отросли по плечи, он невинно обнял меня, и под прядями впился мне в шею.
- Кори, ты ничего не перепу-утал, - вежливо взвыла я, безуспешно пытаясь высвободиться.
- ЛА, - с нажимом сказал Кори, не отрываясь от моей шеи.
А, ну да, и соблюдать гендерную непреклонность.
Кори передумал кусаться и чмокнул меня в ключицу.
- Боже, меня что, сейчас женщина целует, - хмыкнула я.
- О, не будь Ксавье, - взмолился Кори, наконец, выпуская мою шею, - эй, я что, буду скучать даже по этому подонку?!
- По всей видимости, - подтвердила я.
- Ох-х. У меня впереди два дня ада, пожалей меня. Поезд. Дети. Взрослые. Ужас. Вертел я такую жизнь.
- Разнообразными способами, - подтвердила я, - что с руками, опять заточку ножей на себе проверял?
- Не, это Плющ, - беззаботно отмахнулся Кори.
Я уже хотела возмутиться, когда Кори докончил:
- Отдыхать ездили. На карьеры. Купались, жгли костер. Немного пытались утопиться. Вот, камышами порезался.
- А, ну ладно тогда.
Мы тепло и вполне даже цивильно попрощались - я не дождалась отправления поезда, Марина напрягла человека с машиной, чтобы отвезти меня на съемки. У нее неожиданно дела вновь пошли в гору, ее везде приглашают. Приятно, что она не забывает старых друзей.

13:52 

Вчера ночью, от боли растеряв остатки самоуважения, я долго и нудно ныла Ксавье. При этом мне как-то в голову не пришло обозначить, что я тут подыхаю в основном от болезни, а не от моральных терзаний, так что Ксавье, видимо, решил, что я конкретно не в себе. Выглядело это примерно так:
Я: о-о-о, мне так плохо, я умираю! Великая матерь, за что мне это?
К: Лекс, ну чего ты грузишься?
Я: я не гружусь, я ног не чувствую, лежу пластом и подыхаю тут.
К: ого, как все серьезно. Ты мне это прекращай.
Я: тебе легко говорить! О-о-о, страдания и муки!
К: ладно, тебя утешит, если я скажу, что мне удалось с ним связаться?
Я: оба-на, рассказывай.
К: симулянтка! Ладно, мне удалось получить от него весточку. Ему там вроде неплохо. Немного грузится из-за шрамов. Читает Толстого.
Я: пусть лучше грузится из-за шрамов, чем из-за всего остального. Ох, я так по нему скучаю!
К: ну вот, началось опять...
Я: о-о-о, страдания и муки!..

С утра (ну как сказать с утра, я вынырнула из длинного и крайне интересного сна с погонями в первом часу дня) чувствительность, конечно, вернулась, и теперь у меня дьявольски болит поясница. Хрен знает, что хуже. Впервые за три дня выползла из дома, хромая и матерясь сквозь зубы. На улице встретила мужика из своего сна с погонями, который долго и настойчиво улыбался мне вслед. Извращенец хренов.

Надо обязательно выздороветь до завтра, завтра у меня опять съемки, и опять, что удивительно, мне за них заплатят.

@темы: NEVERMORE!, так и живем, телепатия форева, тихая жизнь с баклажаном

23:16 

Когда я говорила, что буду страдать без вас, мальчики, я, черт возьми, не имела в виду, что на пятые сутки меня скрутит приступ моей старой сволочной болезни. Аккуратнее со словами, а, Лекси?

Долго думала, за что мне такое наказание. Решила - это за то, что я ведьма. Позволяет оправдать печаль существования, знаете ли.
Самый смак был в том, что именно на пятницу у меня была запланирована гора работы - утренняя встреча с передачей денег и обменом любезностями, днем - съемки для Недели Благотворительности, а вечером - очередная тупая встреча в институте, на моей типа второй основной цивильной работе.

Я, конечно, могла бы сказать, что я долго и задумчиво сидела над аптечкой, прикидывая, позаботиться мне об этом бренном теле или сохранить чистоту крови для служения (я ответственный и хороший донор, это я, я!). На самом деле в четыре часа утра я лихорадочно закидывалась всеми обезболивающими, какие смогла отыскать, и молилась богине, чтобы меня отпустило. Ну, кстати, сработало, правда, теперь хрен знает, что именно - молитва или достижения современной медицины.

Короче, к утру я была достаточно жива, чтобы не хромать и не кривить лицо от боли, что было на самом деле волшебно, потому что мне и так приходилось напрягать всю свою харизму, чтобы таскаться с камерой с утреца и не материться в лицо моей начальнице на вечерней цивильной работе.

Ксавье устраивает тихую, полную неизбывной тоски истерику на тему того, что Дым не выходит на связь.
"Изоляция, - напоминаю я, - это был его выбор".
Мне, возможно, легче - я вижу Дыма во сне почти каждую ночь. Что, интересно, снится Ксавье?

10:30 

Под самое утро, после того, как мне снится гладь замерзшего озера и как я тщетно пытаюсь спасти от переохлаждения маленькую девочку Лилечку, мне снится Дым. Я стою в просторной светлой комнате, один из металлических подсвечников на полке стекает на пол и образует его фигуру.
- Ласкай тело мое, слушай слова мои, - смеется он, появляясь передо мной в своем любимом полосатом свитере, - я на минутку.
Я успеваю только обнять его, прежде чем в реальности звонит телефон.
- Эх, жаль, - говорит он, - ну, пока.

В реальности я с досадой отвечаю на рабочий звонок и просматриваю почту.
- Слушай, Дым мне не отвечает в соцсетях, как мне с ним связаться? - спрашивает меня Ксавье.
- Эм-м, никак, - отвечаю я, - я думала, он тебе сказал. Там, где он сейчас, нет никакой связи.
- Это шутка, - говорит Ксавье, - ну вроде той, что ты тогда разыграла с его похищением и экранированным помещением. Лекси, как мне с ним связаться.
- Да блин, нет там связи! Никакой - ни телефона, ни интернета, ни почты, ни чертовой телепатии! Когда он говорил о полной изоляции, он именно это имел в виду. Я даже не знаю конкретного места. Могу ткнуть в точку на карте, он будет в радиусе сотни километров, ткнуть?
Ксавье остается осмысливать эту информацию.

13:03 

Я тут на днях заикнулась, мол, не могу считать человека другом, пока не узнаю его темную сторону. Все те, кто в моем самом тесном круге - я узнала их тьму, и меня это устроило. За исключением, похоже, одного человека.
Илья, которому я это высказала, заинтересовался и переспросил, как я это вывела. Стала формулировать.
Ну вот взять, скажем, Ро или Крис, мы с ними сотню лет знакомы, и я видела их в разных ситуациях. Но если стресса в вашей совместной жизни мало, ты можешь некоторые стороны так никогда и не узнать. Хочешь познать слабости человека - отправляйся с ним в автостоп. На третьи сутки, пытаясь ужиться с этим ноющим, воющим, стенающим чудищем, которое пытается спать на дороге, перебегать шестиполоску и жрать сырые подсолнухи, ты поймешь - все это в человеке было всегда, просто не проявлялось, ибо повода не было. Та же самая фигня в Братстве - спать на камнях, с камня же есть, разводить костры, делить один спальник, вместе убегать от неприятных людей и прибегать к приятным, устраивать засаду и следить за енотами, в шторм тащить баклаги с питьевой водой по скалам и держаться друг за друга в прямом смысле, потому что сверху небо, снизу море, а посередине - острые камни... все это открывает в человеке такие грани, о которых ты и подумать не могла. А потом ты возвращаешься в цивилизацию, принимаешь горячий душ, несколько дней подряд удивленно щупаешь асфальт под ногами, вспоминаешь ощущение настоящей подушки - и все окружающие тоже медленно возвращаются к своим обычным личинам. Но теперь ты знаешь немного больше. И ты с этим живешь, примерно понимая, как человек поведет себя в стрессовой ситуации, и где в этой ситуации твое место.

Про темные стороны

23:43 

Вчера вечером Дым со своей подругой гуляли по полю в его маленьком городке.
- А ты знаешь, что послезавтра на землю упадет метеорит и мы все умрем? - спросила его подруга.
- Пф-ф, - ответил Дым, а потом пришел домой, подумал, погуглил и решил, что вероятность падения метеорита вполне себе возможна. К тому же как раз завтра Ксавье уезжал на месяц в свой маленький городок, и предлагал всем желающим проводить его на вокзале.
"Уж не поехать ли мне в город?" - спросил себя Дым и открыл "Сильмариллион" на случайной странице. Затем ткнул пальцнем в случайную строку. Там было всего одно слово.
"Да"

Это всего лишь конец света

00:15 

- Давайте пойдем сегодня туда, где мы еще ни разу не были.
Над Ксавье довлеет какой-то нездоровый фатализм. Давайте делать вещи, что мы не делали, в местах, где мы не были. Давайте поедем в Питер, я ни разу не был в Питере, давайте сделаем это сегодня, завтра, только не потом. Куда ты так торопишься, друг мой?

о красивых местах, событиях год назад и "Воображаемой любви"

18:21 

Я не думала, что переживу ночь среды. Коварный Ксавьирус коварен тем, что ты не осознаешь масштабов катастрофы, пока не наступает третья ночь. Для меня это, в общем, уже второй подобный опыт, но чувствуется каждый раз как новенький (видимо, стираю «Лаской»). Ксавьирус проявляется дикой слабостью, дрожащими ногами, потерей чувства реальности и бессвязной речью. А ночью к этому прибавляется огонь и сонный паралич. Вся печаль в том, что ты не можешь обозначить свое состояние, потому что не можешь толком двигаться и говорить, пока огонь пожирает тебя до косточек. В какой-то момент я ощутила: если сейчас что-нибудь не случится, мое тело станет пеплом. И провалилась.
Я очнулась ближе к одиннадцати утра, совершенно вымотанная, но без температуры. Сил пока хватало только на то, чтобы лежать пластом и листать ленту новостей.
«Братья и сестры», - торжественно начал Ксавье в диалоге самого тесного круга.
«Сестра на связи», - влезла я, предчувствуя почему-то нечто нехорошее.
«Я хотел бы собрать вас всех сегодня на завершающий вечер в Башне. Мы расстаемся на месяц, ну вы это знаете. Приходить максимально богемно к шести».



О заключительном вечере

13:11 

Все началось с того, что Ксавье загадал загадку. То, что я приняла за цитату из Евангелия, оказалось на самом деле какой-то головоломкой, а Ксавье сказал, что не расколется до августа, если Дым сам не догадается раньше. На том и порешили.
И тут я поняла, что в эту игру могут играть двое.
Мы договорились встретиться всей толпой на площади. Всей толпой – это Ксавье, Дым, Мари, Кори и новенькая Конрад, по которой все тащатся. Ксавье написал, что опаздывает и ему очень жаль. Притом, что и я опаздывала минут на пятнадцать! Ужас, эти непунктуальные людишки с ума меня сведут.

«А Конрад ночевала у Кори», - написал Ксавье.
«ШТА?», - возопила я капсом. Я чего-то конкретно не понимаю в этой жизни. Всем кажется, что Конрад новичок, а потом выясняется, что она много про кого знает, не шугается с шуточек Ксавье, не шугается с предельной тактильности Кори и вообще делает вид, что всегда тут и была. Странно это, ох, странно.
«Кори написал, что они приедут еще через часик. Лекси, простии! Мы опозданцы», - предельная форма извинительности от Ксавье.

О похищении, книжных магазинах, танго для жизни и чужих тайнах

08:58 

- Я отменила нам страховку везде, она стоила семьсот рублей. Мне тут все сказали, что они нищие. И белье в поезде я не брала, я вообще презираю эти блага цивилизации. Пожалуйста, посмотрите сами список запрещенных вещей в ручной клади на борту самолета. И я вас умоляю, заведите собственные аптечки с дублирующим составом. Я чутка задолбалась чуть что обеспечивать аптекам месячную прибыль.
- Прости, Лекси.
- Ладно, с последним я перегнула, мне, в целом, нравится заботиться о милых маленьких щеночках вроде тебя.
- Я имел в виду, прости, что тебе снова приходиться заниматься организацией всего этого.
- Я втайне надеялась спихнуть на Ксавье, но он пока и о себе не в состоянии позаботиться, что уж говорить о других. Впрочем, я все еще не теряю надежды, что он вырастет и станет лидером.
- Надежда - зло. Посмотри, куда привели нас надежды.
- Ничего, Сердечко, впереди у нас светлое будущее. Светлое-светлое будущее. Если самолет не наебнется в воздухе.
- Лекси!

16:14 

Билеты. Самолет. Купить, - максимально четко транслирую я, - паспорт. Перевод на мою карту.
Мы с Ксавье договорились встретиться у Ольги и купить, наконец, гребаные билеты. Чтобы, фигурально выражаясь, сжечь последний мост и не оставить себе путей к отступлению, ибо в нашей еврейской компашке никакие розни не смогут быть важнее уже потраченных денег. Планировали вообще-то встретиться всей командой, но Мари впала в апатию, а Дым не успевал вернуться из своего городишки ко времени.

Я забыла пароль от своей учетки, но в автобусе снова и снова пробивала билеты по скайсканеру. Три тысячи, вылет из Внуково. Во Внуково – мой друже Борис, человек из Братства, он нам поможет. Вот и познакомлю, наконец, Ксавье с людьми из Братства. По прилету – пересадка на машину или автобус, сложить-вычесть, Мари написала одна из Сестер, предложила поселиться у нее, но мы нашли один дом на побережье, там, кажется, лучше. Надо отсмотреть варианты.

Об объятиях, головной боли, ответственности и железных аргументах

22:51 

Предыстория
Мы тут подумали, решили не враждовать, и в качестве закрепления отношений съездить вместе на море. Впятером. Ксавье и Дым для хаоса, я и Мари - для эмоций, а Ольга - стабилизации ради для. Если случайно устроим апокалипсис - то это не мы.
Но потом Ксавье решил, что это все же Крайне Плохая Идея. И выразился в форме "мое "нет" - это окончательное "нет". Пора бы уже перестать относиться к окончательным "нет" Ксавье всерьез. Но я и Дым офигеть как загрузились. Дым и так на грани, ну и я не образец самоконтроля. В общем, ночь была нелегкой.

История
Снова про донорство, а также про взаимопомощь и внутрисемейные отношения. И про Богородицу, которая не может прогнать

Ублюдок он все-таки. Но семья. Моя семья, моя стая.
Пишет мне вчера:
"Ты испытываешь по отношению ко мне эмоции негативного спектра?"
"Ксавье, по отношению к тебе я испытываю терпение и нежность, - отвечаю я, - и другие эмоции негативного спектра".

01:41 

Наткнулась на список из почти сорока пунктов: что надо успеть сделать пока мы вместе. Втроем. Составлен был, вероятно, в начале мая.
С удивлением обнаружила, что тринадцать пунктов выполнены, и еще девять были как минимум со мной и с кем-то из этих двоих.
И еще два можно условно считать выполненными - татуировки были, правда, временными, а под грозу мы вышли добровольно, потому что надо было ехать на учебу-работу.
Да я ведьма! Ну, на пятьдесят процентов.

00:12 

- Вот почему все твои лекарства такие невкусные? - жалуется Дым.
- Наверное, потому, что я не Плющ - бормочу я себе под нос и, чуть громче, - наверное, потому, что кое-кто не лечится своими.
- Вот неправда, у меня в комнате целый мешок этих лекарств.
Я выразительно хмыкаю.
- А еще я купил мазь от шрамов, и она пахнет малиной.
- Эстет, мать твою, - с улыбкой укоряю я и по второму кругу перерываю аптечку.

14:45 

Ну, если в общем говорить, то Литу мы все же не проимели. Хотя и пытались.
Договорились в итоге идти на Конец Света, ибо он недалеко от Башни, там сидеть до рассвета, жарить зефирки, читать стихи, танцевать у костра и петь песни.



Собирались мы вчетвером, ибо Ксавье мрачно заявил, что он намерен запереться в Башне и сидеть там до скончания вина. А вина в Башне еще три бутылки, это я знаю.

Про огни, обиды, кованые розы и Долана

11:44 

А чтобы боль не утихала, мы решили напечатать фоток с прошедших двух месяцев. Тут в клубе выцепился чувак-фотограф со своей фотолабораторией, который ко всему привык, и ему можно спихнуть всякий треш на печать, к тому же дешево.
Я сказала, что соберу со всех фотки, и чтобы мне присылали архивы.
Теперь мне любопытно, что чувак про нас подумает. Что мы гребаная шведская семья.
В архиве Яны: россыпь фоток с разными подругами, две фотки с ней и моим мужем.
В моем архиве: две фотки с моим мужем, россыпь фото с Дымом, фото с Кори.
В архиве Дыма: фото с Мари, фото со мной, фото с Ксавье (много, разных, делающих мне дьявольски больно даже при том, что бОльшую часть из них сделала я).
В архиве Мари: Пингвин, фото с Ксавье.
Внимание, вопрос: кто в кого влюблен, учитывая, что строгих нулей по Кинси среди нас двое?
А впрочем, думаю, всем, включая фотографа, глубоко пофиг. Но ситуация забавная.

13:06 

Мари агитирует приехать к ней
Мари: А еще можно в теннис поиграть, только надо мячики купить!
Я: Не поверишь, Плющ то же самое говорит про бейсбол.

12:08 

Мне снится странный и красивый сон.
Зеленый луг, залитый солнцем. Собираются в хаотичный полукруг люди в разноцветных одеждах. Во главе - седая женщина в темно-фиолетовой вязаной шали, в которую она замотана, как в балахон. Она сидит и готовится к медитации - руки сложены в мудры на коленях, но глаза ее открыты, и она с хитрым прищуром рассматривает окружающих.
Я лежу в траве, опираясь на локоть, и жду, когда все соберутся. Другая женщина, не очень старая, но с изрезанным морщинами лицом, привозит инвалидную коляску. В ней - молодой мужчина, у него нет рук и ног. У него очень светлая улыбка, и от нее мне делается тепло и весело. Женщина помогает мужчине опуститься на траву недалеко от меня. Мы с ним переглядываемся и придвигаемся ближе друг к другу. Наконец, мы соприкасаемся плечами, он слегка опирается на меня и с улыбкой встряхивает головой.
- Как красиво, - говорит он, разглядывая людей. Здесь в основном взрослые, но есть и молодежь моего возраста.
- Ага, все так счастливы, - говорю я.
- Как и мы, - кивает он.
- Один мой друг, - невесть зачем говорю я, - он очень несчастен.
Мужчина в ироничном удивлении приподнимает бровь.
- Как можно быть несчастным, если у тебя есть коленные чашечки? - изумляется он.
Эта шутка кажется нам обоим очень забавной, и мы падаем на траву, заливаясь смехом.
Соприкасаясь с землей, я проваливаюсь на другой уровень сна, где мне кажется, что я проснулась и в моей постели лежит Ксавье, одетый почему-то в черную водолазку Дыма. Он смотрит в потолок.
- Понял, Ксавье, - смеюсь я, толкая его в бок, - как можно быть несчастным, если у тебя есть коленные чашечки?
И просыпаюсь окончательно.

01:15 

Вчера вдруг поняла, что насаждаю традицию желать друг другу ночи и утра. И если "доброе утро" содержит определенные отсылки к Братству, то "доброй ночи" - это что-то новенькое.
А вот, скажем, традиция возносить хвалу пище насаждается вообще довольно просто и имеет четкую связь с обедами культурологов и их неизменным "Гутен аппетит" с соединенными руками. Пару раз я провернула ритуальное "давайте вознесем хвалу пище, данной нам, и человеку, что ее приготовил", и оно начало приживаться.

Три недели назад, Башня. Дым приготовил кашу.
Я: вознесем же хвалу этой пище, и благодарность дающему ее, благословенному Дыму, чьи пальцы тонки и умелы, как...
Ксавье: так, опустим эту часть.

Две недели назад, одно из городских кафе.
Я: вознесем же хвалу пище, стоящей перед нами, и неизвестным, приготовившим ее, да умножатся их года. И перед тем, как приняться за еду, прошу почтить минутой молчания погибших в Орландо. Вечная память.
Ксавье: да будет так.

Ну и о доброй ночи.

@темы: но было приятно, спасибо (с)

13:27 

В этом году мы про...пустили все значимые праздники. После божественного Альбан Эльведа наступило досадное затишье.
Имболк - пролетом.
Единственное нормальное полнолуние было где-то в конце марта, когда мы помедитировали, покайфовали и вкусили дары.
Равноденствие прошло мимо нас.
На Бельтайн Ксавье осуществил первое большое зло, а я была в Питере.
Мы были полны решимости не проиметь еще и Литу, но дела становились все хуже.
Наконец, наступило хрупкое перемирие. Вчера ночью Дым сказал, что его период тьмы завершился. Не отказалась бы услышать то же от Ксавье, но не много ли счастья в одни руки?
Они опять снились мне, как те версии будущего, которое кажутся теперь закрытыми для нас. Впрочем, то, что я меньше говорю о своих надеждах, не означает, что я о них меньше думаю.

- К черту их всех, хочу праздновать, - решительно сказала Мари сегодня утром, - давай отметим вдвоем, как отмечали Альбан Эльвед, и будет нам хорошо.
Но я ж не готова отпускать ситуацию. Так что я снова стала напрягать всех.
"Лита - увещевала я, - прекрасный мирный праздник, цветы и свечи. Поедем в Убежище и будем встречать рассвет у воды. В конце концов, в этот замечательный вечероночь можно отметить день изобретения саксофона и пишущей машинки, день начала Реконкисты, день шести сломанных ребер Элиса Купера, дэрэшечку Альфреда Кинси (да хранит его милосердная матерь!), заодно дэрэшечку Тьюринга. Ну давайте, мы же можем в нормальные вечеринки!"

Если все удастся, воздам богине хвалу еще одним деревом. Хвойным каким-нибудь.

Это не я, оно само

главная