• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
11:39 

Умер позвонил в девять вечера.
- Красный код. Можно мне?..
- Приезжай, конечно, - быстро сказала я, - молока привези.

В связи с обилием гостей молоко заканчивалось в рекордно короткие сроки.
В десять совершилась пересменка: муж вернулся домой, Дым и Мари ушли, и приехал Умер - в прикольной вязаной шапке, шарфе с моржами и с неизменным военным вещмешком.
- Я тебя каждый раз как солдата встречаю, - усмехнулась я, - с вещами и в берцах.
- Ну так, - улыбнулся он в ответ, возясь со шнурками, - ты еще мою рубашку младшего лейтенанта не видела.
- Ужинать будешь?
Короткий благодарный взгляд.

- Твой ужин. Твоя одежда. Твое обезболивающее. Твой стакан молока. Твой поцелуй за встречу, - я быстро коснулась губами его виска, расставляя тарелки.
Умер вытянул свои бесконечные ноги под столом и торопливо принялся за еду.
Я села напротив с кружкой чая и взяла себе печенье.
- Все расскажу, только поем, - сказал он с набитым ртом, наткнувшись на мой выжидающий взгляд.
- Ой, конечно. Извини, - я смущенно отвела глаза.
- Хотя что я могу тебе сказать такого, чего ты еще не знаешь?
- Ну ты расскажи, а я тебе обозначу, о чем я была не в курсах - хитро улыбнулась я.
- Информа-атор, - довольно протянул он, - вот так ты все и узнаешь, а?
- Бывших журналисток не бывает. Считай это профдеформацией.

10:17 

В связи с арестом Навального и Волкова во многих городах сейчас подготовка к митингам. Митинги будут явно несанкционированными, народ предвкушает. В чате штаба Лена объявляет, что подала в суд для разбирательства по поводу санкционированности подобных мероприятий в Яре. Кеф просится пойти на суд с ней.
Кеф: можно я пойду побазарить с главой территориальной администрации? Ну можно, ну можно? Ну пожа-алуйста!
Лена: нет
Кеф: я буду хорошим! Я просто опрошу ее по Конституции!
Лена: нет, я сказала. Ты: несовершеннолетний, заносимый на поворотах, язвительный...
Кеф: ну Ле-ена! Я их на видео сниму! Обещаю, я буду тихим маленьким журналистом.
Лена: нам не нужны проблемы. Тебе не нужны проблемы. Твоей семье не нужны проблемы.
Я: Лен, может, я пойду? С камерой и, если понадобится, с журналистским удостоверением.
Лена: Отлично. Я тебе маякну.
Кеф: ах так?! Бе-бе-бе!

14:25 

Забавно, как по Блошке циркулируют богемные компании, смешиваясь в немыслимых комбинациях. Люди движутся мимо нашего с Умером прилавка, останавливаясь поболтать, обнять кого-то из нас, выяснить последние новости, и я чувствую себя в центре информационной паутины.
Вон Дерти, коротко выбритые волосы на висках выкрашены в сиреневый, он болтает с Дымом, давно мечтал познакомиться.
Рядом с ним - Алекс, один из последних любовников, красивые глаза и пальто, длинный темный шарф небрежно закинут на плечо.
Его фотографирует их общий друг, чья подружка-художница будет на следующей неделе рисовать Дыма (обнаженным?). И чьи друзья, в свою очередь, мечтают затащить Дыма к себе.
Умер узнает кого-то с вечеринки - судя по вызывающей улыбке, посланной в толпу.
Ко мне подходит поболтать девица, с которой мы выбили бесплатное место на ярмарке, и тут же переключается на Умера, узнав, что он дает уроки гитары.
Евгений, фотограф, с которым мы работали весь прошлый месяц, интересуется фотоаппаратами, которые Умер выставил на продажу.
Мимо меня пробегает Софа, из школы одаренных, кажется, она должна была закончить обучение в прошлом году. Заметив меня, она вспыхивает улыбкой.
- Где ты сейчас, Соф? - спрашиваю я.
- На журналистике, - гордо отвечает она.
- Бедная девочка, - вырывается у меня, - ой, я хотела сказать, счастливых тебе крыш.

Ну а уж когда рядом с нами оказывается Ксавье, каждая вторая девушка оказывается его однокурсницей, и возле нас образуется водоворот из улыбок и объятий.
- Хол-лодно, - стонет он в мою сторону. И тут же, без перехода, - Лекс, я клянусь, я отомщу тебе за то, поддерживаешь сплетни обо мне.
- Тогда в четверг я подделаю документы в лаборатории и выставлю дозу в 550, - отбиваю я.
Ксавье возмущенно фыркает.
Бесконечная игра в "я тебе отомщу".
- Хо-о-олодно, - он доверчиво прижимается ко мне, и я расстегиваю свою куртку, чтобы укрыть его.
- Еще полчаса, солнышко. Сегодня хороший день для торговли.
- А потом мы пойдем есть? - с надеждой спрашивает он.
- Пойдем, - соглашаюсь я.
- И там ты мне все-е-е расскажешь! - Тут же меняет тон он.
Как перестать любить этого ублюдка и смотреть на вещи объективно?.. Кому-нибудь вообще удавалось?

13:59 

А то вот еще открылся в городе новый Темный клуб, и мы, конечно, поехали проверять, че дают. Тем более билеты были дешевейские, а нас собралась толпа. Толпа - это в смысле девы, Лин, Дым и Умер. Несколько дней я с любопытством зазывала на движуху Ксавье, но тот, видно, переживал личностный кризис, потому что Умер, подлая коварная коварь, решил сыграть в Мать-Фемиду, и заявил ему, что в клуб он едет исключительно кого-нибудь подснять. Очень такая двойственная ситуация, ответочка к карме Ксавье, и тут непонятно, сочувствовать или подло издеваться. На всякий случай продемонстрировала и то, и другое.

Про вечеринку, ложь и странные совпадения

12:07 

- Мне тут так ску-учно, мой врач принимает только с тре-ех, - с надеждой стенает Умер мне в трубку.
- Ну щас я приеду, - охотно соглашаюсь я. Потому что все что угодно, лишь бы не работать.
Итак, мы сидим в "Хлебнице" - в качестве исключения, потому что у обоих нет денег. Очередь сплошь состоит из детей и бабулек, шутить при них шуточки за пидоров неловко, но мы стараемся. Длиннющие Умеровы ноги протягиваются под двумя столами и немножко - под прилавком с ватрушками.

О демонстративном поведении, очередях в больнице и вечерах конца сентября

10:01 

Был обычный рабочий день в Башне. Рабочий - это в смысле все притащили свои дела в общее пространство и устроили воркспейс. Дым корпел над конспектами, я мурыжила видео, Мари рисовала хмуроебого кота с бананом. Усиленный колонками Джонни Кэш с удовольствием сообщал всем, как именно они умрут.
В домофон с надеждой позвонили.
- Кого там черти принесли? - Мрачно заявила Мари. Это она так обожает гостей.
Я в принципе догадывалась, что черти принесли Ксавье, поэтому надавила на кнопку домофона и отправилась ставить чайник.
- А чего меня никто не встречает?! - раздался возмущенно-довольный возглас от дверей.
- Ах ты ж е...ный ты на... б..., пресвятые трансвеститы! - заорала Мари и добавила еще пару непечатных, уронив кисточку.
Я вышла с кухни и уронила мобильник.
Короче, достойней всех повел себя Дым. Он обернулся на шум, оценил ситуацию, коротко сказал:
- Ебать, - потом подумал и спокойно добавил, - впрочем, не тебя.
И отвернулся обратно к компу.

Отчаявшись подобрать приличествующий случаю комплимент ("ну, у тебя красивая форма черепа", "я все равно тебя люблю", "м-м, у тебя такой высокий лоб"), я спросила прямо:
- Дорогой, ты сбежал из психушки, был использован для злодейских экспериментов или попал в руки Алисы?
- Ну так, - неопределенно помахал рукой Ксавье, - ты не сечешь.
- Ах да, я и забыла, где ты живешь, - парировала я.
Он фыркнул ("не смей осуждать мой образ жизни"), скинул куртку, ботинки и вышел в гостиную под приглушенный свет ламп.

О принятых решениях и обязательствах

17:25 

Если вдуматься. основная проблема моей жизнь - кожаные ублюдки. И если раньше это гордое звание несли в основном пидоры, то с наступлением осени к ним прибавились темно-синие лакированные ботинки. Зараза, где были мои мозги и ощущения тела, когда я я стояла в магазине и мерила их? Моя обувь в принципе делится на два типа: "для вылазок на крыши" и "чтобы выпендриваться в гей-клубе и на благотворительных вечерах". Синие ботинки явно относились ко второму типу, а мне в них еще надо было существовать в обычной жизни.
Хромая вдоль московского шоссе по направлению к костромскому, я страстно проклинала ботиночью родню до пятого колена. У этих ботинок, колен, впрочем, не могло быть в принципе - они были сделаны из искусственной кожи (в какой момент любовь к зверушкам затмила любовь к себе, скажи мне, дуреха?).
На повороте дороги меня ждала моя бла-бла-каровая машина, на этот раз - большая фура-мерседес. За три года поездок у меня было несколько интересных машин: набитая видеоаппаратурой тачка блогеров, которым я задвигала за викканство и жертвоприношения, фургон кришнаитов, с которыми мы пели мантры, клоунский фургон с реквизитом, и еще на мой День Рождения - горящая копейка, набитая копченым лещом, мусульманкой и ее сыном.

Про тягу к путешествиям, песни Guns'n'Roses и мороженое

17:06 

Мы с Дымом сидели в Хламовнике и бухали кофе. Разговор шел о вечности, предназначении в мире и прочей ерунде. До выхода оставалось около часа, за окном шарашил дождь.
- А уж не бахнуться ли мне в фиолетовый? - Спросила я саму себя, и сама же себе ответила. - А бахнуться. Как раз и руки свободные есть, да, Дым?

Экономия - зло

14:44 

Собрались на лекцию в штабе Навального - юрист рассказывает о том, как вести себя при задержании и как вообще взаимодействовать с полицией.
И по совершенно случайному совпадению в этот же вечер Ольга притащила от своего отца электрошокеры - по штуке нам с Ильей, остальные на свои еще не накопили. Ну и прямо перед лекцией нам вручила. Штуковины классные - выглядят как фонарики с переключателем и утопленной в корпус кнопкой для включения вместо светильника электрошока.
Кори, конечно, тут же сунулся посмотреть, обнюхать, пощупать и все порывался нажать на кнопку.
- Только не здесь, - зашипела на нее Ольга, - и так люди смотрят.
Кори разочарованно засопел. Через три секунды раздался характерный треск электричества.
- Кори, млять! - сказали мы почти хором, оборачиваясь.
Кори с видом оскорбленной невинности смотрел на нас. Илья медленно убрал палец с кнопки.
- Хорошая штука, - невозмутимо произнес он, - спасибо, Ольга.

13:38 

А то вот еще вчера прикол был.
Собрались мы в киноклуб, эз олвейс.
В киноклубе:
- наша обычная тусовка: Ксавье, Умер, Мари, Ольга, Кори с Роуг
- побочные товарищи: Старк, Маска и прочие
- четыре или пять девочек из лесбийского прайда, шапочно знакомые
- типичные критики, аргументы которых уже заучены наизусть
- новенькая женщина Виктория, которая со всеми активно начала общаться, мол, я только пришла, ух ты, какое все прикольное.

Кино в это воскресенье показывал Дым, "Возвращение в Брайдсхед". В фильме одна из линий голубая, но дальше поцелуев у героев дело не заходит.
И вот садимся обсуждать фильм после просмотра. Виктория возмущенно высказывается в стиле: "гомосексуализм - зло, все гомосеки будут гореть в аду".
Сидит она притом между Умером и Дымом.
Умер и Ксавье начинают тихо ржать, Дым терпеливо вздыхает. Роуг и Кори, и так сидящие максимально близко друг к другу, переплетают руки. Мари, судя по сосредоточенному лицу, начинает пересчитывать шестицветных пташек в помещении.
- Че, поцелуемся? - ехидно шепчу я в ухо Кори, касаясь радужного значка на груди (отжатого у Ксавье).
- Роуг приревнует, - отвечает Кори.
- Ее тоже поцелуем, - щедро предлагаю я.
Кори и Роуг ржут. Старк с Маской уходят курить.
Беседа продолжается.

10:12 

- Лекси, что случилось? За что Умер просил прощения? Я так и не успел ничего понять.
- Ох, Дым. Мы можем поговорить об этом завтра?
- Нет, я хочу знать. Сейчас.
- Спроси у него сам.
- Не хочу его впутывать.
- Отлично, значит, меня можно впутывать? У меня можно выбивать информацию, да? Меня можно использовать как гребаный ретранслятор?!
- Лекси! Что произошло между ним и Ксавье?

О людях и эмоциях

19:24 

А то вот я позвала всех людей близкого круга в Хламовник, отмечать закладку Гнезда (м-м, если по-честному, заключение договора, ну да пофиг). Бегаю кругами, шкварчу на жаркое, перебираю шмотки, и тут звонит Кори.

Про долги

16:18 

- Милая, мы можем встретиться вечером в центре, - спросил Умер, - я дьявольски хочу познакомить тебя с моими друзьями.
Общение с Умером - одна из маленьких радостей моей жизни, так что я охотно согласилась. На сборы было полчаса, а Лекси нельзя выделять полчаса на сборы, она становится Ксавье - перебирает все вещи в шкафу, шипит и страдает. Дайте Лекси пять минут - и вы получите джинсово-футболочную версию с камерой наперевес. Дайте Лекси полчаса - и она разыщет синюю тушь, сине-зеленую блузку, ожерелье из зеленых камней, надеваемое раз в год, причешет волосы тремя разными способами и будет изображать глэм-фею.

о друзьях, новом Убежище, шутках про -цис и общих воспоминаниях

16:31 

А то вот еще пошли мы на выборы наблюдателями.
Про выборы

Короче, мы ушли с участка в десять вечера, бедняга Ксавье, похоже, около одиннадцати. Несколько упорных штабников поехали в ТИК фиксировать результаты.
Я (около полуночи, в телеграме): Ксавье, ты жив?
Ксавье: угум, меня Умер забрал домой.
Я: а он жив? Как поживает его сотрясение мозга?
Ксавье: не, он Умер. Мы в порядке.
Я: ну и хвала богине. Доброй ночи.
Ксавье: доброй ночи.

23:51 

Забираю в штабе заявления о зачислении в ряды наблюдателей. Ксавье сидит напротив меня и тоже оформляет документы.
Написала в своих документах сегодняшнее число, а тут выясняется, что надо было шестое.
Координатор: может, заново перепишешь?
Я: да ладно, девятка в шестерку вообще элементарно переправляется. Я пять лет училась в вузе, я умею делать такие вещи.
Координатор: лезвием?
Я: в паспорте - лезвием, а в таких документах можно и профилонить... ой!
Ксавье ржет.
Ксавье: не берите ее, она подпольщица.
Я: а он - политическая проститутка!

Выяснила, что можно забрать бланки заявлений и заполнить дома, забираю бланки для Ильи, оставляю его номер для добавления в чат телеграма.
Я: чувствую себя карусельщицей, на одного человека два заявления регистрирую.
Координатор: дорогая, я только что вручил тебе пустые бланки с моей подписью и печатью. Я тут главный преступник.
Ксавье: Россия - мать.

23:15 

Начало осени
Время: относительно раннее утро.
Место действия: кафе "Базар"

Действующие лица:
Лекси, которая малость офигевает
Ксавье, который чует, что ему попадет
Умер, который позавчера приехал
Алиса, которая делает шаверму и вид, что ничего особенного не происходит

Действие 1.
Акт 1. Открытие

Акт 2. Интуиция
Акт 3. Сон
Действие 2
Акт 1. Ксавьирус

Акт 2. Политическая проститутка

21:42 

Двумя днями раньше я нудно ныла о том, что существующий договор с "Альянсом" наверняка загонит меня в черное жерло кредита. До второго взноса на строительство Гнезда не хватало чертовых двести тысяч. Я абстрактно пожаловалась Ксавье и Умеру, меня одарили сочувствием.
Затем мы вновь встретились в Башне.
- Лекс, тебе деньги еще нужны? - нарочито равнодушно бросил Ксавье.
- Не, я благополучно все разрулила, нам оформят рассрочку, - отозвалась я, страшно гордая собой.
Ксавье с Умером переглянулись, Умер охотно подыграл:
- Черт, и куда теперь прятать труп?! - Хором завопили они.

Про друзей, навыки вожака, людей с картинки, интуицию и натертую ногу

10:08 

Мальчишки тут упоролись прокачивать навыки интуиции. Видимо, в связи с тем, что тогда на пляже я сказала Ксавье, мол, частенько слышу твой голос по ночам, орущим в моей голове.
- Слушай, когда такое в следующий раз случится, позвони мне, а? - Попросил он. - Вдруг со мной реально что-то случилось и я сигнализирую о помощи?

Так что это теперь новая фишка - при ощущении опасности проверять, все ли у всех в порядке.
Ксавье теперь стремается в четыре раза чаще, но такая внезапная забота почему-то приятна - раньше-то от него хрен рефлексии допросишься, а теперь в пол-второго ночи тебя могут разбудить с беспокойно-ласковым: "Лекс, у тебя все хорошо? Точно? Хм, а что тебе снилось?"

Но это все фигня, конечно, по сравнению с Дымом, который, по ходу, с этой интуицией родился. Вот его сообщение настигает меня по пути в Башню, с Умером, Ксавье и Алисой. Ребята только что побывали в новом убежище и остались довольны увиденным. Ксавье принимает окончательное решение переезжать.
"Лекси, что-то случилось. С Башней. Ты знаешь, что?"
Мстительно тыкаю телефоном в лицо Ксавье. Он хмурится и шипит: "Ты ему рассказала?"
- Неа, - нарочито беспечно отвечаю я, - у мальчика с чуйкой всегда было все в порядке. Смирись и расслабься.
Кусая губы, наклацываю: "Плачь, любовь, мы потеряли Хранителя Башни".

Уже на следующей встрече (мы впервые встречаемся всемером, Дым и Умер знакомятся и остаются в восторге друг от друга, и это все было бы здорово, но... черт, что же вы творите, мальчики?..) Мари поднимает этот вопрос:
- Башне нужен новый Хранитель.
("А мне нужны новые деньги" - это подразумевается, но остается невысказанным).
Мари выразительно смотрит сначала на Умера, потом на Дыма.
- Спасибо, я пока поживу в том районе, - вежливо говорит Умер, - но ты знаешь, я был бы рад.
- Слишком тяжело, - говорит Дым, - я не смогу быть здесь постоянно.

Так много вещей можно запихнуть в эти комнаты - и оставлять их на видных местах. Смешная шляпа Ксавье, которую не один из нас тырил для прогулок. Кованая роза, диски, книги, букетик земляники, красно-черный ошейник, бутылка вина в баре. Слишком много напоминаний. Так что я его понимаю.

И все же это хороший вечер. Один из нескольких хороших вечеров после ночи рубежа лета.

14:07 

Мне снится Дым. Мы валяемся на пляже, среди других отдыхающих - вокруг дети со своими родителями, вездесущие катерщики и продавцы кукурузы.
Его футболка задралась, голова запрокинулась, на шее видны темные синяки. Я тянусь прикоснуться к нему - но он мгновенно напрягается и одним движением перетекает в хищную стойку.
- Это мой сон, - кричу я, - хотя бы во сне могу я делать то, что мне хочется?!
- Это мой сон, - спокойно отвечает он, поднимаясь на ноги.
Люди вокруг начинают исчезать. Берег пустеет. А пляж начинает порастать колючей проволокой. Она пробивается сквозь камни, змеится вдоль линии волн, вырастает за нашими спинами уродливой оградой.
За оградой появляются люди в синей форме, береговая охрана. Снова люди в форме, как и в прошлом сне. Чего я о тебе не знаю?
- Эй, хватит, - я приближаюсь к нему, преодолеваю слабое сопротивление, обнимаю. Я прижимаю его к себе, целую его ключицы.
- Дым, я так люблю тебя. Все будет в порядке.
- Но плохо сейчас.

Я вижу мутный образ Ксавье. Высоко над его головой стелется алый воздушный змей.
- Как это мило, - говорю я, - несколько ванильно, но мило. Жаль, не сделали так в реальности, а? Это было в моем списке.
Дым встряхивает головой. Ксавье счастливо смеется. Рядом с ним - другая фигура, еще более размытая. Тот, кого он целует, тот, чьим шуткам он смеется. Тот, кто запускает руку в его волосы и притягивает к себе.
- Прекрати, - шепчу я, - зачем ты себя изводишь? Дым, хватит. Проснись!
Мятный запах Ксавье, его далекий смех, стон Дыма, одна острейшая ключица впивается в мое плечо все сильнее.
- Здесь должен быть дом, - понимаю я, - место, которое ты представляешь. Здесь есть дом, где все наши, так?
Я тяну его за руку - мимо спутанных груд колючей проволоки, мимо людей в форме, которые почему-то улыбаются мне с одобрением. Мы покидаем пляж и оказываемся на дороге, которая ведет к небольшому домику, выкрашенному зеленой краской.
Я оказалась права. Там наши, Ольга и Мари. Ольга принимает Дыма из моих рук, обнимает его, Мари сует ему чашку чая. Здесь так уютно - полутьма и гирлянды желтых фонариков, несколько кроватей по углам, мягкий ковер.
Ксавье вваливается в дверь минутой позже, тяжело дышащий, раскрасневшийся, словно с мороза.
- Кто приготовил поесть? Вы святые люди и я вас люблю! Боже, это так волшебно! Мы пойдем ночью купаться?
Словно ничего не произошло. Украдкой он бросает на меня виноватый взгляд - совсем как недавно в реальности.
Я не знаю, что ему сказать. И просыпаюсь.

10:44 

Моя жизнь - как тот сериал, в котором от сезона к сезону проблемки героев все усложняются, и если в первом сезоне они тупят, борются за отношеньки и страдают за фигню, то в последнем - останавливают апокалипсис и выходят на бой с главным злом.
Сценарист моего сериала взял с места в карьер, и все что мне остается - слабовольно скулить: "э-эй, нет, оставьте все как было, Ксавье, я хочу, чтобы ты продолжал быть моей главной проблемой!"
Но моего сценариста это мало волнует. Он приготовил для меня массу разнообразнейшей херни. Следите за рейтингами.

Это не я, оно само

главная